veleslav13 (veleslav13) wrote in rodolub,
veleslav13
veleslav13
rodolub

30 мая - моя лекция о грядущих Русалиях

Оригинал взят у veleslav13 в 30 мая - моя лекция о грядущих Русалиях
Готовлюсь к вебинару о Русалиях (состоится завтра - 30 мая в 19.30; записаться можно здесь: https://vk.com/kologoda) и одновременно дописываю комментарии к уже практически готовой "Книге Ярилы" (надеюсь, она выйдет ещё до Купалы).
В частности, пишу о Русалках следующее:

Литература о Русалках — как сугубо научная, так и «романтического» характера, — настолько обширна, что привести все значимые ссылки в данном комментарии представляется практически невозможным. Тем не менее, отметим три статьи из Этнолингвистического словаря «Славянские древности»: о собственно Русалках (Виноградова Л.Н. Русалка // Славянские древности. Этнолингвистический словарь / Под общ. ред. Н.И. Толстого; Институт славяноведения РАН. В 5 тт. Т. 4. М.: Международные отношения, 2009. С. 495–501); о празднике под названием Русалии (Виноградова Л.Н. Русалии // Славянские древности. Этнолингвистический словарь / Под общ. ред. Н.И. Толстого; Институт славяноведения РАН. В 5 тт. Т. 4. М.: Международные отношения, 2009. С. 494–495) и о Русальной Неделе (Агапкина Т.А. Русальная неделя // Славянские древности. Этнолингвистический словарь / Под общ. ред. Н.И. Толстого; Институт славяноведения РАН. В 5 тт. Т. 4. М.: Международные отношения, 2009. С. 501–503); а также классический труд замечательного русского этнографа Д.К. Зеленина (1878—1954) о Русалках (Зеленин Д.К. Избранные труды. Очерки русской мифологии: Умершие неестественной смертью и русалки / Вступ. ст. Н.И. Толстого. Подгот. текста, коммент., сост. указ. Е.Е. Левкиевской. М.: Индрик, 1995).
От себя добавим, что образ Русалки сочетает в себе, выражаясь психоаналитической терминологией, Эрос и Танатос, — т.е. это образ эротически привлекательный и одновременно вызывающий ужас, связанный со Смертью (как в смысле «смертельной» опасности встречи живого человека, особенно мужчины, с Русалкой, так и в связи с темой «заложных», т.е. умерших «не своей» Смертью покойников).
Известный русский писатель и этнограф С.В. Максимов (1831—1901) в своё время сетовал, что «Из веселых, шаловливых и увлекательных созданий западных славян и наших малороссов, русалки, в стране угрюмых хвойных лесов [т.е. в России, — прим. В.] превратились в злых и мстительных существ» (цит. по изд.: Максимов С.В. Нечистая, неведомая и крестная сила. СПб.: Полисет, 1994. С. 86). С нашей точки зрения, «опасность» Русалок представляет собой не только и не столько «человеческую» их характеристику, сколько указание на инициатический характер Встречи человека (здесь: мужчины) со своей Анимой (женской стороной его души) — с Великой Богиней — Женской Силой, либо не познанной мужчиной, либо неподвластной человеку вообще (сакральный смысл девственности как Божественной Чистоты: ср. санскр. देव [deva] — «Бог, Божество», и рус. дева — «девушка, девственница»; также сакральный смысл Непостижимого для рассудка = Мужского принципа).
Встреча с Русалкой — это инициатическая Встреча с Сакральнам — одновременно влекущим и ужасающим, в то время как слишком «очеловеченный» привлекательный образ Русалки, который мы находим, например, у писателей-романтиков, является следствием упрощения и десакрализации её изначального образа. (Противоположный романтическому взгляд на Русалку — представление церковников о Русалках как о «бесах» — является таким же упрощением, просто выбор делается здесь в пользу ужасающего аспекта.)
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment